Меню Рубрики

История личных местоимений в русском языке

История форм личных местоимений в русском языке

В древнерусском языке местоимения делились на две большие группы – личные и неличные. К личным относились местоимения первого (язъ, мы), второго (ты,вы) лица, а также к ним примыкало возвратное местоимение себя.

Появление формы Им. пад. ед. ч. местоимения 1-го лица – я. Традиционная точка зрения: до падения редуцированных в древнерусском языке использовалась двусложная форма язъ (ср. старославянский вариант – азъ), но так как остальные формы Им. пад. были односложными (ты, вы,мы), то по аналогии с ними слово язъ утрачивает второй слог (я\зъ>я).

Под влиянием энклитических форм, сущ. с оконч. на -а, личные местоимения утрачивают двойственное число и энклитические формы. Энклитические формы употреблялись в русском языке вплоть до XVII в. Потом они исчезли, за исключением местоимения сΔ, которое получило значение возвратной частицы и постепенно слилось с глаголом (мытьсΔ, боротъсΔ). С XV в. формы род. и вин. пад. ед. ч. мене, тебе, себе заменяются формами менiа, тебia, себia. Старые формы этих местоимений сохранились в южнорусских говорах. На месте древних форм дат. и мест. пад. тобђ,собΔ в XVII в. появились формы тебђ, себђ. Современное личное местоимение 3-го лица образовалось на основе объединения в склонении двух прежних указательных местоимений: 1)онъ, она, оно в им. пад. ед., множ. и двойств, ч. и 2) и, ia, ie в косвенных падежах всех чисел.

Например, в дательном падеже единственного числа: мъи’к и ми, гпоб’к и ти, соб’к и си, в винительном падеже: мене имя, тебе и тя, себе и ся. Варианты ми, ти, мя, тя позже утратились, а вот ся и си слились с глаголами и превратились в возвратный аффикс: литературные — испугался, боялся; диалектные — испугалси, боялси. В прошлом это сочетание глагольной формы и возвратного местоимения. Особый вопрос истории личных местоимений — местоимение 3-го лица. Специального местоимения 3-го лица в древнерусском языке не было. В современном русском языке это слово он, не похожее на другие личные местоимения. Оно изменяется по родам, окончания при склонении у него такие же, как у неличных местоимений (сравните: его и моего, ей и моей, ими и моими. ). Эти особенности выдают его происхождение: в древнерусском языке это местоимение было указательным со значением ‘тот’ (при указании на далекий предмет). В таком же значении выступало ещё одно указательное местоимение — и (буква и обозначает здесь сочетание ), где —- окончание, a — основа). С этими местоимениями связана интересная история. В двух совершенно одинаковых местоимениях не было надобности. Обычно в таких случаях либо два синонима начинают чем-то различаться (страна и сторона), либо одно слово вытесняет другое.

Текст для разбора синтаксического и пунктуационного (2 последних предл)

1.Молодой человек с которым мы только что познакомили читателей прозывался Владимиром Николаевичем Паншиным. Он служил в Петербурге чиновником по особым поручениям в министерстве внутренних дел. В город О. он приехал для исполнения временного казённого поручения и состоял в распоряжении губернатора генерала Зонненберга которому доводился дальним родственником. Отец Паншина отставной штабс-ротмистр известный игрок человек с сладкими глазами помятым лицом и нервической дерготней в губах весь свой век тёрся между знатью посещал английские клубы обеих столиц и слыл за ловкого не очень надёжного но милого и задушевного малого. Несмотря на всю свою ловкость он находился почти постоянно на самом рубеже нищеты и оставил своему единственному сыну состояние небольшое и расстроенное. Зато он по-своему позаботился об его воспитании Владимир Николаевич говорил по-французски прекрасно по-английски хорошо по-немецки дурно. Так оно и следует порядочным людям стыдно говорить хорошо по-немецки но пускать в ход германское словцо в некоторых большею частью забавных случаях можно. Владимир Николаевич с пятнадцатилетнего возраста уже умел не смущаясь войти в любую гостиную приятно повертеться в ней и кстати удалиться.

Дата добавления: 2018-05-09 ; просмотров: 428 ;

Источник статьи: http://studopedia.net/5_15942_istoriya-form-lichnih-mestoimeniy-v-russkom-yazike.html

Местоимения в древнерусском языке: личные и возвратное

Древнерусские местоимения представляли собой сложный и неоднородный пласт слов. Их можно разделить на две группы в зависимости от морфологических особенностей и синтаксических функций.

  • Первую группу составляли личные местоимения 1-го и 2-го лица (язъ и ты), а также возвратное местоимение себе.
  • Во вторую группу входили неличные местоимения (указательные, относительные, притяжательные и др.). О них мы расскажем в другой заметке.

Личные местоимения по функциям в предложении были сходны с именами существительными, выступая как подлежащие и дополнения. Изменялись они по падежам и числам, категория рода отсутствовала. Примыкающее к этой группе возвратное местоимение себе не имело формы именительного падежа, поскольку не могло быть подлежащим. Также оно не обладало категорией числа, хотя и имело падежные формы, близкие к склонению местоимения 2-го лица единственного числа.

Как мы уже упомянули, в древнерусском языке имелись личные местоимения 1-го и 2-го лица язъ (я) и ты. Современные местоимения 3-го лица он, она, оно по происхождению являются указательными, и применительно к древнерусской эпохе их относят к неличным.

Склонение личных и возвратного местоимений в древнерусском языке

Падеж/разряд Личное 1 л. Личное 2 л. Возвратное
Единств. число
И. п. язъ, я ты
Р. п. мене тебе себе
Д. п. мънѣ, ми тобѣ, ти собѣ, си
В. п. мене, мѧ тебе, тѧ себе, сѧ
Тв. п. мъною тобою собою
М. п. мънѣ тобѣ собѣ
Множеств. число
И. п. мы вы
Р. п. насъ васъ
Д. п. намъ, ны вамъ, вы
В. п. насъ, ны васъ, вы
Тв. п. нами вами
М. п. насъ васъ
Двойств. число
И. п. вѣ ва
В. п. на ва
Р.-М. п. наю ваю
Д.-Тв. п. нама вама

Примечание. В современном русском языке местоимения мы и вы стали отдельными самостоятельными лексемами. Для древнерусской эпохи исследователи обычно характеризуют их как формы множественного числа местоимений язъ и ты.

Как видно из таблицы, при склонении и изменении по числам у личных местоимений наблюдался супплетивизм: разные формы одного и того же слова образовывались от разных основ. Эта особенность есть у них и в современном русском языке.

В целом формы местоимений «лично-возвратной» группы относительно мало изменились со временем. В большинстве случаев они пережили лишь фонетические преобразования. Например, древняя форма дательного падежа единственного числа мънѣ превратилась в современную мне благодаря историческим изменениям фонетической системы: утрате редуцированных гласных и переходу звука [ѣ] в [’э].

Обратим теперь внимание на изменения, не вызванные фонетическими процессами.

Личное местоимение 1-го лица единственного числа в древнерусском языке имело форму язъ (ей соответствует старославянское азъ). Уже в XI–XII вв. появился вариант, дошедший до наших дней: я. Он долгое время употреблялся наряду с язъ и азъ, во всяком случае, такое зафиксировано в письменных памятниках. Вот пример из грамоты князя Мстислава 1130 г.: Се азъ Мьстиславъ… А язъ далъ роукою своею… А се я Всеволодъ. Впрочем, такое употребление было далеко не всеобщим. Еще в XVI веке в некоторых текстах использовалось только местоимение язъ, а я совершенно отсутствовало. Лишь в XVII столетии вариант я начинает преобладать, сначала в деловой письменности.

Почему язъ преобразовалось в я, точно не известно. До падения редуцированных гласных язъ было двусложным словом. Возможно, второй слог утратился по аналогии с остальными формами именительного падежа личных местоимений, которые состояли из одного слога: мы, ты, вы, вѣ, ва.

Изменения затронули и формы родительного падежа единственного числа: мене, тебе, себе превратились в меня, тебя, себя. На вопрос, почему так произошло, тоже нет однозначного ответа. Обычно считают, что окончания данных форм подверглись аналогическому воздействию существительных II склонения в родительном падеже ед. ч.: коня, моря, поля и т. д. Также нельзя исключать, что на местоимения в родительном падеже оказали влияние так называемые энклитические, краткие формы мѧ, тѧ, сѧ. Они изначально использовались в винительном падеже, но со временем иногда стали употребляться и в родительном.

В дательном и местном падежах в древнерусском языке наблюдались формы местоимений тобѣ и собѣ. Звук [о] в корне не был исконным: в общеславянском языке там надежно реконструируется гласный *e. Гласный [о], возможно, появился под влиянием форм творительного падежа тобою, собою. Как бы там ни было, уже в текстах XI в. варианты тобѣ, собѣ употреблялись наряду с тебѣ, себѣ. Со временем формы с [’э] в корне стали преобладающими. Возврату от [о] к [’э] способствовал либо церковнославянский язык с соответствующими формами тебѣ и себѣ, либо межслоговая ассимиляция звуков (гласный в первом слоге приблизился по звучанию к гласному во втором слоге). Возможно также, что в некоторых русских говорах исконный звук [’э] в этих словоформах сохранялся и никогда не переходил в [о].

Особенностью древнерусского языка является наличие в нем кратких, энклитических форм местоимений в дательном и винительном падежах: ми, ти, си, мѧ, тѧ, сѧ, ны, вы.

Примечание. Энклитика — слово, не имеющее своего ударения (всегда или в большинстве случаев) и примыкающее к предшествующему полноударному слову.

Энклитические местоимения употреблялись параллельно с полными вариантами и в письменных памятниках встречаются очень часто. Вспомним знаменитое начало «Слова о полку Игореве»: Не лѣпо ли ны бяшетъ, братие… К XVII столетию они исчезли из языка. Только форма сѧ (ся) дошла до наших дней, но местоимением она теперь не является. Еще в древнерусском языке сѧ превратилось в возвратную частицу, которая могла стоять как после глагола, так и перед ним, придавая глаголу возвратное значение. Примеры: чей сѧ жребий выйметъ (чей жребий вынется); сына, которой сѧ у него родитъ (сына, который у него родится). С XV в. эта частица все теснее сливается с глаголом, постепенно утрачивает самостоятельность и превращается в постфикс -ся, широко представленный в современном языке: двигаться, умыться, обрадоваться, засмотреться и т. п.

Борковский В. И., Кузнецов П. С. Историческая грамматика русского языка. — М., 2006.

Иванов В. В. Историческая грамматика русского языка. — М., 1964.

Черных П. Я. Историческая грамматика русского языка. — М., 1952.

Иллюстрация: Н. К. Рерих «Поход Игоря» (1942 г., рисунок к «Слову о полку Игореве»).

Источник статьи: http://rus-et.ru/istoriya-yazyka/istoricheskaya-grammatika/mestoimeniya-v-drevnerusskom-yazyke-lichnye-i-vozvratnoe/

История местоимений

В древнерусском языке местоимения делились на две большие группы – личные и неличные.

К личным относились местоимения первого (язъ, мы), второго (ты, вы) лица, а также к ним примыкало возвратное местоимение себя.

Неличные местоимения включали несколько разрядов, многие из которых еще окончательно не оформились.

История личных и возвратного местоимений

Склонение личных местоимений в древнерусском языке:

Единственное число Множественное число

1-е лицо 2-е лицо 1-е лицо 2-е лицо

Д. мънh, ми тобh, ти намъ, ны вамъ, вы

Им. пад. ед. ч. местоимения 1-го лица

Существует несколько точек зрения, объясняюших появление формы Им. пад. ед. ч. местоимения 1-го лица – я. Традиционная точка зрения: до падения редуцированных в древнерусском языке использовалась двусложная форма язъ (ср. старославянский вариант – азъ), но так как остальные формы Им. пад. были односложными (ты, вы,мы), то по аналогии с ними слово язъ утрачивает второй слог (я\зъ >я). Однако Г. А. Хабургаев считает, что форма язъ не была характерна для живой речи, видит контаминацию старославянской формы азъ и древнерусской формы я. По мнению Г. А. Хабургаева, форма я не произошла от язъ; образование я рассматривается как очень древняя диалектная праславянская особенность, которая закрепилась в восточнославянских и западнославянских говорах.

В письменных памятниках (ср. «Разговорник Т. Фенне», в котором отражена живая народная речь) зафиксированы обе формы – язъ и я. Следовательно, можно предположить, что формы язъ и я сосуществовали в живой речи восточных славян.

Р.–В. пад. ед. ч. местоимений 1-го и 2-го лица,

а также возвратного местоимения себя

В данных формах комментария требуют как основы, так и флексии слов. В XII – XIV вв. были формы с основами теб-, себ- (*teb,*seb). С конца XIV – начала XV в. начинают употребляться формы с основами тоб-, соб- (тобе, собе), и в XV –XVI вв. формы местоимений с данными основами становятся преобладающими, однако в XVII в. побеждает старая форма (в современном русском литературном языке мы находим в Р.–В. пад. ед. ч. формы тебя, себя).

О происхождении окончания –а (исконно окончание –е, которое сохраняется, например, в южнорусских говорах) существует несколько гипотез. А. И. Соболевский видел влияние форм Р. пад. ед.ч. существительных склонения на *o (ср. коня, стола). И. В. Ягич предполагал, что форма может возникать под воздействием энклитических форм этих местоимений – мя, тя, ся (ср. мене > меня, мя).

А. А. Шахматов считает, что окончание –а является результатом фонетических изменений: после мягкого согласного [‘e > ’а].

Д.–М. пад. ед. ч. местоимения 2-го лица и возвратного местоимения себя

В древнерусском языке были формы тобh , собh . В современных среднерусских говорах в основе этих местоимений обычно встречается [е], в украинском и белорусском языках последовательно употребляются формы с [о] в основах.

М. А. Гадолина вслед за С. П. Обнорским считает, что исходными формами были формы *tobe, *sobe ([o] – исходный гласный основы). На рубеже XIV – XV вв. в древнерусский язык проникают формы с [е] в основе и становятся широко употребительными, а с XVII в. формы тебе, себе стали единственными.

Можно назвать еще несколько причин, которые могли повлиять на закрепление форм тебе, себе в языке:

1) данные формы могли быть заимствованными из старославянского языка (или поддерживаемыми старославянскими формами);

2) некоторые русские диалекты имели и сохраняли праславянскую форму тебh, себh на всем протяжении своей истории;

3) изменения в основе некоторые ученые объясняют как результат фонетических преобразований: [o > ‘e] в силу действия межслоговой диссимиляции.

В Д. и В.пад. местоимения имели краткие (энклитические) формы: в Д. пад. – ми, ти, си, в В. пад. – мя, тя, ся. В древнерусском языке краткие формы Д. пад. использовались в безударном положении, а полные формы – под ударением. Изменения начались с XV в.: считается, что форма 2-го лица исчезает в XV в., а форма 1-го лица – в XVI в. Однако в памятниках можно обнаружить эти формы и в более поздний период. Использование кратких форм можно объяснить только традицией, т.к. в живой речи они не употреблялись. В некоторых говорах встречаются формы те, се, которые образовались в результате быстрой, часто экспрессивной речи: тебе > тее (выпадение согласного) > те (стяжение гласных). Таким образом, краткие формы полностью исчезли из языка.

Особого внимания требует энклитическая форма В. пад. По мнению М. А. Гадолиной, исконными были формы мя, тя, ся, т.е. их образование первично. Данные формы использовались как под ударением, так и в безударном положении. В дописьменную эпоху в В. пад. начинают проникать формы Р. пад. мене, тебе, себе. Вначале двусложные формы употребляются под ударением, а краткие – в безударном положении. Процесс утраты энклитических форм был единым для всех славянских языков, однако в части южнославянских и западнославянских говорах до сих пор сохраняются краткие формы В. пад. Энклитическая форма В. пад. возвратного местоимения превратилась в частицу, а затем и в постфикс – ся, указывающий на возвратность глагольных форм.

История неличных местоимений

1. Указательные местоимения отражали три ступени удаленности предмета от говорящего. Местоимения сь, си, се указывали на предмет, близкий к говорящему; тъ, та, то – на предмет, удаленный от говорящего, но близкий к собеседнику; онъ, она, оно указывали на предмет, далекий и от говорящего, и от собеседника.

Местоимения и, я, е отсылали к ранее указанному лицу или предмету и не входили в трех членную систему. Особого внимания требует история местоимений тъ, та, то. Форма Им. пад. ед. ч. м. р. местоимения тъ оказалась невыразительной в силу своей краткости и очень рано стала выступать в удвоенном виде тътъ>тот.

В Р. пад. в форме того произошло ослабление взрывного [г] и превращение его во фрикативный [г], который затем исчез, и появилась форма [тоо], но так как для русского языка не свойственно зияние гласных, то между двумя гласными звуками развивается звук [в], вследствие чего появляется новая форма [тово]. Единая для всех трех родов форма мн. ч. (те) возникла в результате влияния основ косвенных падежей, где гласный [м] присутствовал во всех падежных формах, за исключением В. пад. В процессе развития языка утратились местоимения сь, си, се и онъ, она, оно. Но развитие языка привело к тому, что местоимения тот, та, то стали указывать на отдаленный предмет, а роль указателя на близкий к говорящему предмет стало играть местоимение этот, эта, это, возникшее путем сложения форм тот, та, то с частицей э ( ’ о (чомь). Форма Тв. пад. цhмь оказалась изолированной в парадигме склонения (в других формах в основе был [к]), что и вызвало грамматическую аналогию с другими падежными формами. Появление формы чем в Тв. пад. определяется, кроме воздействия фонетических факторов, аналогическим влиянием со стороны формы кем, а также, возможно, и тем.

7. К относительным местоимениям относились иже, къто, чьто и др.

История местоимения 3-го лица

Первоначально местоимение 3-го лица отсутствовало в языке. Как уже говорилось выше, местоимение и, я, е входило в разряд указательных и отсылало к ранее названному предмету или лицу. В исходной системе древнерусского языка местоимение и, я, е склонялось и изменялось по числам:

Единственное число Множественное число

м. р. ср. р. ж. р. м. р. ср. р. ж. р.

Очень рано из употребления выходят формы Им. пад., т.к. в языке существовало много омонимичных ей форм (ср. форма я могла быть формой Им. пад. ед. ч. ж. р.; Им. и В. пад. мн. ч. ср. р.; Им. и В. пад. дв. ч. м. р.; часто употреблялись формы, заимствованные из церковнославянского языка – Им. пад. мн. ч. ж. р.; В. пад. мн. ч. м. и ср. р.; также сюда относится и односложная форма местоимения 1-го лица).

ФОРМЫ ИМ. ПАД. ЗАМЕНЯЮТСЯ ФОРМАМИ ДРУГИХ УКАЗАТЕЛЬНЫХ МЕСТОИМЕНИЙ (СЬ, СИ, СЕ; ТЪ, ТА, ТО), ОДНАКО ЧАЩЕ ВСЕГО ИСПОЛЬЗОВАЛИСЬ ФОРМЫ ОНЪ, ОНА, ОНО (С ИЗМЕНЕНИЕМ УДАРЕНИЯ).

Следовательно, супплетивизм в парадигме местоимения 3-го лица новый (ср. супплетивизм местоимений 1-го и 2-го лица унаследован из праславянского языка). В говорах, пограничных с белорусским языком, наблюдается стремление преодолеть супплетивизм: [j] из основы косвенных падежей проникает в форму Им. пад. – ён, ена, яна.

Во мн. ч. в литературном русском языке установилась единая форма они, являющаяся по происхождению формой мн. ч. м. р. В ряде говоров можно встретить форму оны (бывшая форма мн. ч. ж. р.) и оне (форма возникла под влиянием формы те)

Дата добавления: 2014-01-07 ; Просмотров: 7936 ; Нарушение авторских прав?

Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет

Источник статьи: http://studopedia.su/9_17268_istoriya-mestoimeniy.html

Adblock
detector