Меню Рубрики

Местоимение я появляется в речи у ребенка в возрасте

«Я» ДВУХЛЕТНЕГО РЕБЁНКА

Если ко мне приходят клиенты-родители, имеющие детей в возрасте 1,5–3 лет, то самая распространенная жалоба — «не слушается». Да, действительно, дети не всегда слушаются родителей, этим они демонстрируют нам своё «Я»: свои желания, свои чувства, свои интересы и склонности. Примерно до полутора-двух лет родители практически не сталкиваются с непослушанием ребёнка. До этого возраста ребёнок ещё плохо говорит, несамостоятелен и относительно спокойно выполняет просьбы родителей. Но примерно к полутора-двум годам ситуация кардинально меняется. Ребёнок перестаёт быть послушным, и связано это с его возрастными особенностями. Что происходит с двухлетним ребёнком? Он начинает выделять себя из внешнего мира, у него появляется осознание собственного «Я». Ребёнок впервые начинает чувствовать себя отдельным существом.

Каким образом ребёнок проявляет своё «Я»? Во-первых, он начинает использовать личные местоимения. До этого переломного момента ребёнок говорил о себе в третьем лице.

Кстати, это нередко беспокоит родителей. Приведу слова одной мамы: «Моей дочери два года. Она очень часто говорит о себе и своих желаниях в третьем лице. Например, «Таня хочет то-то». Это нормально вообще? Постоянно поправляю её, прошу, чтобы говорила от себя, но пока не особо получается». Что можно ответить этой маме? Да, у девочки всё по возрасту. Дети начинают говорить о себе в первом лице примерно после двух лет, иногда ближе к трём годам. Нужно ли специально поправлять ребёнка, учить его использовать личные местоимения? Специально этого делать необязательно. Однако родителям важно обратить внимание на свою собственную речь. Нередко при общении с ребёнком взрослые говорят о себе в третьем лице: «Мама пошла. мама тебе даст кашки. иди сюда, мама тебя переоденет». Это не способствует появлению «Я» у ребёнка. Будет лучше, если родители сами будут всегда говорить от первого лица: «Я пошла в магазин», «Я хочу есть». Также важно обращаться к другим, используя местоимение «ты».

Итак, ребёнок начинает использовать личные местоимения. Вместо «Саша пошёл гулять» мы слышим: «Я пошел гулять». И это очень радует родителей. Но появление в речи ребёнка личных местоимений неизбежно влечёт за собой появление притяжательных местоимений (мой, моя, моё). И вот мы слышим: «Моя машинка», «Мой папа», «Мои игрушки». И тут родители часто начинают беспокоиться, что их ребёнок становится жадным. На самом деле в этот момент ребёнок наслаждается своей «отдельностью» от мира и тем, что ему в этом мире что-то принадлежит, будь то мама, папа или игрушки. Ребёнок получает удовольствие от осознания этого факта. Поэтому не стоит ругать ребёнка, говорить о том, что плохо быть жадным.

В полтора года мой младший сын стал часто говорить слово «моё», которое у него звучало как «манё». Особенно трепетно он относился к своим санкам. Если кто-то из детей на прогулке пытался брать его санки, даже когда они не использовались хозяином, то он хватался за спинку и сурово говорил: «Манё»!

Таким образом он устанавливал границы своего «Я»: вот здесь я, мой мир, это мои вещи, и я имею право ими не делиться; вот здесь ты и твой мир с твоими вещами. Такое поведение двухлетнего ребёнка – не жадность, а, скорее, ликование от обладания предметом.

Ещё один важный признак проявления собственного «Я» – это появление отказа. Ребёнок начинает активно говорить «нет», «не хочу», «не буду». Причём часто это «нет» совершенно нелогично для взрослого. Ребёнок может не хотеть идти гулять, играть, есть, спать и т. д. Но он не стал маленькой врединой. Отнюдь. Говоря «нет», ребёнок выражает свою позицию, обозначает ценность своего «Я» — ведь он может делать выбор! Не забывайте: говоря «нет», ребёнок не просто отказывается от того, что ему предложили, он делает выбор в пользу чего-то значимого для него. Когда мы, взрослые, отказываемся пойти с другом в кино, мы делаем выбор в пользу каких-то других дел, более важных для нас. Отказывающийся ребёнок также делает выбор.

Читайте также:  Возвратно усилительные местоимения в английском языке упражнения

Приведу диалог моих сыновей. На момент диалога старшему, Феде, было 5,5 лет, а младшему, Филе, 2 года.

Федя: Филя, не лезь в траншею!
Филя: Буду!
Федя: Филя, не лезь в траншею!
Филя: Буду!
Федя: Филя, ты вообще маму слушаешься?
Филя: Нет!
Федя: А зря!

Налицо отказ. Ребёнок отстаивает своё право делать выбор (лезть или не лезть туда, куда ему хочется, слушаться или не слушаться маму). Через этот выбор формируется самоценность ребёнка.

Подытоживая, хочу обратить ваше внимание, что не стоит расстраиваться, когда ваш ребёнок начинает говорить «мой велосипед» или «моя лопатка». Не нужно бояться отказов ребёнка. Однако остаётся вопрос, что же делать родителям, когда ребёнок отказывается что-либо делать.

Источник статьи: http://montessoriblog.livejournal.com/67941.html

«Я» в речи ребенка

Дети младше трех лет, как правило, говорят о себе в третьем лице («Возьми Машу на ручки», «Коля не хочет кушать»). Такая форма объясняется тем, что они еще не осознают себя как личность. Кроме того, многие родители, общаясь с малышами, сами говорят о себе в третьем лице («Иди к маме!»), и те на первых порах копируют их. Говорить о себе в первом лице ребенок начинает после кризиса трех лет, когда он начнет осознавать свое «Я».

Когда ребенок начинает говорить о себе в первом лице?

Это происходит ближе к трем годам. Именно к этому возрасту малыш впервые понимает, что он — это именно он, и начинает говорить о себе не «Саша идет гулять», а «Я иду гулять». До этого он отрицает обращение к себе в иной форме («Я не “ты”, а Саша!»). К трем годам у ребенка начинает формироваться самостоятельность и независимость, и в его самосознании происходит радикальное изменение — он начинает понимать: «Мальчик Саша — это я».

Почему ребенок в три года не говорит о себе «Я»?

Строго определенной возрастной нормы не существует, ведь в кризис трех лет каждый ребенок входит индивидуально: кто-то в два с половиной года, а кто-то — ближе к четырем. Однако если все сроки кризиса миновали, а малыш по-прежнему говорит о себе в третьем лице, то в этом случае можно предположить у него задержку нервно-психического развития. Обязательно стоит показать ребенка детскому психологу.

Как лучше обращаться к ребенку — в первом или третьем лице?

В тех семьях, где взрослые с самого начала обращаются к детям в первом лице, и точно так же говорят о себе, малыши минуют «стадию третьего лица», сразу начиная осознавать себя как «Я». В таких случаях, как правило, у ребенка намного легче проходит кризис трех лет (обычно он сопровождается различными проявлениями негативизма: упрямством и даже агрессивностью). Такие дети вырастают более общительными и независимыми, у них больше уверенности в себе, им с раннего детства присуще чувство собственного достоинства.

Источник статьи: http://mama.ru/articles/ya-v-rechi-rebenka/

Падежные формы личных местоимений в детской речи (стр. 2 )

Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Существует несколько точек зрения на количество личных местоимений третьего лица. Первая заключается в следующем: существует одно местоимение «он», которое изменяется по родам и числам [Грамматика 1980:531]. Вторая заключается в том, что существует четыре личных местоимения третьего лица: «он», «она», «оно», «они» [Зализняк 1967:61]. Третья представляет собой компромисс между первой и второй: местоимений третьего лица три – «он», «она», «оно», и каждое из них может стоять как в единственном, так и во множественном числе. Формы множественного числа совпадают у всех трех местоимений – «они» [Белошапкова 1989:460].

Учитывая, что все четыре местоимения или формы местоимения функционируют в речи совершенно одинаково, что различий в их значении практически нет, разумно считать из формами одного местоимения. В дальнейшем мы будем называть его «местоимение ОН», подобно принятым в данной работе обозначениям «местоимение Я, ТЫ, МЫ и ВЫ».

Читайте также:  Него какое это местоимение по разряду

Традиционно местоимение третьего лица включается в систему личных местоимений, однако не все исследователи признают ОН личным местоимением. Его нередко причисляют к указательным. Как было уже сказано, местоимение ОН может выполнять как дейктическую, так и анафорическую функцию. ОН может обозначать не только лицо, «третьего участника» диалога (наряду с адресатом и адресантом), но и любой объект действительности, который может обозначаться существительным. Если местоимение ОН в дейктической функции еще можно считать «собственно личным», то, употребленное анафорически, оно теряет все нужные для этого свойства [Ильенко 1956:80]. Это дает некоторым исследователям основания исключать его из числа личных местоимений [Грамматика 1970]. Некоторые исследователи, занимающиеся детской речью, также намеренно не рассматривают местоимение ОН при описании системы местоимений у детей [Доброва 2003].

Предпринимаются попытки примирить две точки зрения. указывает на близость местоимений ОН и ЭТОТ. Оба местоимения могут употребляться как дейктически, так и анафорически. Сближение происходит, когда ОН принимает дейктическое (но не личное) значение, или когда ЭТОТ принимает анафорическое значение. Затем исследовательница предлагает различать два местоимения ОН – предметно-личное и предметное, отсылающее к антецеденту. Однако в конце автор констатирует, что «дать однозначное определение статусу местоимения третьего лица невозможно» [Головенкина 1991:10].

Здесь, вслед за традицией, мы будем считать ОН личным местоимением, не забывая, однако, о его анафорической и указательной функциях.

Еще один интересующий нас вопрос – следует ли считать «его», «ее», «их» особыми местоимениями, принадлежащими к разряду притяжательных, или же формами родительного падежа местоимения ОН? Обычно их рассматривают как притяжательные местоимения ([Грамматика 1980:531], [Вороничев 2006]).

Однако, учитывая тему данной работы, разумнее было бы считать их формами родительного падежа. Дистрибуция этих местоимений соответствует дистрибуции существительных в родительном падеже. Анафорическое употребление местоимения ОН позволяет связать его с существительными.

Итак, здесь мы принимаем эти формы за формы родительного падежа, и в соответствие с этим строим свои выводы. При обработке данных необходимо будет все же обратиться и к другим притяжательным местоимениям типа «мой».

Усвоение личных местоимений – долгий и трудный для ребенка процесс, связанный с осознанием своей личности, отделением себя от всего остального мира, вычленением своего «Я». Об этом много писали как психологи, так и лингвисты. К. Бюлер, например, считал, что говорить о появлении самосознания у ребенка можно с того момента, как он начинает употреблять слово «сам».

Существует много работ, в которых говорится о личных местоимениях в детской речи. Однако работ, посвященных именно этой теме, на материале русского языка, почти нет. , писали о личных местоимениях, Еще сделал несколько замечаний об особенностях освоения местоимений. «Большинство местоименных форм употребляются правильно в речи ребенка… Формы перенимаются целиком в том виде, как они употребляются взрослыми» [Гвоздев 1949:172]. Самое большое исследование последних лет по этой теме – книга [Доброва 2003].

Так, занимается местоимениями вообще, в том числе и в детской речи. В одной из своих статей она упоминает, что ребенок довольно рано усваивает всю систему личных местоимений, центром которой является местоимение первого лица, обозначающее адресанта. Ребенок «практически никогда не ошибается в выборе личного местоимения» [Головенкина 1996].

Первые личные местоимения появляются в речи ребенка примерно в два года, у кого-то раньше, у кого-то позже; весь путь освоения местоимений ребенок проходит в возрасте от 1,5 до 3,5 лет, хотя возрастные рамки могут колебаться.

Одна из главных проблем, связанных с личными местоимениями в детской речи, это проблема порядка появления местоимений. Е. Кларк считает, что сначала появляются местоимения первого лица, затем второго, затем – третьего [Clark 1978]. утверждает, что не для всех русских детей характерен такой порядок (иногда последовательность такова: третье-первое-второе). Однако Я появляется обычно раньше ТЫ, о чем несколько ниже [Доброва 2003:106]. У нас есть все основания согласиться с : тот порядок (вернее, два варианта), который приводит она, подтверждается и в наших материалах.

Читайте также:  Весь какое местоимение по разряду

Другая связанная с этим проблема, – можно ли выделить в процессе усвоения личных местоимений ребенком какие-либо этапы. На материале русского языка выделяет три стадии в освоении личных местоимений, которые последовательно проходит каждый ребенок. На первой стадии ребенок не осознает дейксиса как такового, хотя и может употреблять, говоря о себе, Я, и понимать обращенное к нему ТЫ. Затем «наступает эгоцентрическая стадия», и ребенок начинает либо заменять местоимение существительным, либо использовать местоимение недейктически, то есть называет «я» только себя, но не понимает его у других, «ты» называет только маму и т. д. Наконец, после этой стадии дейксис осознается, и личные местоимения усваиваются. Такие же этапы, кстати, ребенок проходит и при освоении терминов родства [Доброва 2003:444-446].

Здесь же нужно сказать о стратегиях, которых придерживаются разные дети. Все дети делятся на референциальных и экспрессивных. Референциальные дети идут от отдельных слов к все более сложным сочетаниям и все более длинным предложениям, строя их из грамматически правильных форм, и последовательно применяют правила. Экспрессивные дети произносят длинные нечленораздельные или грамматически неправильные высказывания, но правильно оформленные интонационно; грамматику же они осваивают более медленно([Nelson 1973], [Зубкова 1983]). Не всех детей можно разделить на эти две группы. Скорее, следует говорить о континууме. Некоторые дети попеременно применяют то первую стратегии, то вторую [Peters 1977:571]. Если применить это распределение к местоимениям, мы снова получаем две группы детей – номинативных (референциальных) и прономинальных (экспрессивных). Номинативные дети долго не употребляют местоимения, предпочитая личные имена и существительные. Прономинальные дети реже используют существительные, зато рано усваивают местоимения [Доброва 2003:105].

Местоимения, обозначающие участников речевого акта, локуторов, то есть местоимения первого и второго лица (Я и ТЫ) привлекают наибольшее внимание по сравнению с прочими местоимениями. Выясняется, когда ребенок начинает называть себя Я, какие при этом возникают проблемы, и как Я соотносится с ТЫ. До появления Я (независимо от того, рано или поздно появляется Я) ребенок обычно называет себя личным именем и говорит о себе в третьем лице. Когда же местоимение первого лица появляется, то некоторое время Я и личное имя употребляются параллельно. По , в диалоге чаще используется Я, а в монологе – имя. По , Я ребенок говорит в предложениях с «активным деятелем» [Доброва 2003: 448], а имя – в остальных случаях, а также тогда, когда дают ситуации отрицательную оценку. Иногда о себе ребенок говорит ТЫ. Такое употребление Лепская называет «эхолалическим» [Лепская 1984:51].Согласно , это может произойти на той стадии, когда ребенок еще не понимает семантики местоимений-дейктических знаков, и воспринимает их как «ярлыки», то есть на первой стадии [Доброва 2003: 444].

Местоимение ТЫ появляется у большинства детей, когда они уже употребляют Я, и осознать дейктические особенности местоимения им проще. Появление ТЫ по отношению к адресату свидетельствует о том, что ребенок уже понимает, осознает противопоставление «Я-не-Я» и «Я-собеседник», что он делает еще один шаг вперед в освоении категории дейксиса [Доброва 2003: 142].

Местоимение МЫ сначала обозначает в речи ребенка самого ребенка, говорящего, то есть заменяет Я («псевдоплюральное МЫ» [Доброва 2003:143], и иногда появляется раньше Я. Затем ребенок употребляет МЫ исключительно в инклюзивном (мы с тобой) значении. Позднее подключается эксклюзивное значение, причем его становление тоже происходит в несколько этапов. На первом этапе в МЫ включаются только члены семьи говорящего-ребенка, на следующем этапе значение расширяется, и эксклюзивное МЫ может обозначать и других людей [Лепская 1984:52].

Местоимение ВЫ появляется поздно и редко используется. По , ВЫ противопоставляется МЫ как «чужие» – «своим». Понимание «ВЫ»-«свои» приходит позднее. «Вежливое ВЫ» ребенок начинает использовать после трех лет, и появление значения «вежливости», вероятно, зависит от экстралингвистических факторов [Лепская 1984:53].

Источник статьи: http://pandia.ru/text/80/231/20743-2.php

Adblock
detector